Коммунальный нарциссизм

Когда говорят «нарцисс», большинство представляет себе громкого самоуверенного человека, который хочет быть самым умным и самым красивым в комнате. Коммунальный нарциссизм — обратная сторона той же медали: тот же голод по восхищению, только «валюта» другая — доброта. Такой человек хочет быть лучшей матерью, незаменимым волонтёром, опорой прихода, коллегой, которая «всё делает для других». По-английски это называется communal narcissism (communal — «общественный», «направленный на других»). По-русски говорят «коммунальный», «общественный» или просто «святой» нарциссизм.

Понятие в 2012 году описали социальные психологи Йохен Гебауэр (Jochen Gebauer) и его коллеги. Они заметили, что часть людей с нарциссическими чертами хочет быть не сильнее всех, а лучше всех — и получать за это признание. Важно: это описание черт личности из исследований, а не отдельный диагноз. Если искать по-английски — «communal narcissism», «communal narcissist mother», «martyr narcissist», — материалов в разы больше, в том числе у американского клинического психолога доктора Рамани Дурвасулы (YouTube-канал «DoctorRamani», её книги).

Как это звучит

Каждая фраза здесь — вместе с ситуацией, потому что сама по себе ни одна из них ничего не доказывает.

Зачем это делают

Суть та же, что у любого нарциссизма (англ. narcissism): человеку нужно, чтобы другие поддерживали его образ. Эту «подпитку» по-английски называют narcissistic supply — внимание, восхищение, благодарность, которых человек ждёт от окружающих. Отличается только то, за что он ждёт восхищения. Громкий нарцисс хочет, чтобы его считали умнее всех. Коммунальный — чтобы его считали лучше всех.

Доброта — очень удобный щит. Когда критикуют громкого высокомерного человека, окружающие обычно соглашаются с критиком. Когда критикуют «святого», критик выглядит неблагодарным и злым. Поэтому тебе так трудно возразить и поэтому тебе часто не верят.

У помощи здесь есть ещё одна функция: она создаёт долг. Любое доброе дело можно потом достать в ссоре («после всего, что я…»). Откажешь — тебя назовут неблагодарным человеком. Согласишься — снова в долгу.

В исследованиях люди с выраженным коммунальным нарциссизмом оценивают себя как необычайно отзывчивых и надёжных, но эта картинка часто не совпадает с тем, что о них говорят другие и что показывает их реальное поведение. Это не значит, что их добрые дела ненастоящие. Суп, розданный в столовой для бездомных, — настоящий суп. Вопрос в том, чему на самом деле служит эта доброта и как этот человек ведёт себя с теми, кто её не видит и не аплодирует.

Что это делает с тобой

• Чувство, что ты неблагодарный человек. Все вокруг говорят, как тебе повезло. Стыдно, что внутри что-то другое.
• Невозможно объяснить, что не так. «Моя мама всем помогает, а со мной холодна» звучит как мелочь. Это не мелочь.
• Жизнь в долг. Каждая помощь записывается в невидимую тетрадь, и неизвестно, когда её предъявят.
• Твои потребности всегда меньше. Как можно жаловаться, если «другим гораздо тяжелее»?
• Сомнения в себе. Если все видят святого, может, проблема правда в тебе? Именно так выглядит замешательство, которое создаёт газлайтинг (англ. gaslighting) — когда тебя постепенно приучают не доверять своей памяти и чувствам. Здесь это часто происходит без единой лжи: хватает того, что всё окружение повторяет одну и ту же историю.
• Одиночество. Родня, община, коллеги — «на его стороне», потому что видят только сцену.

И ещё. Дети, которые растут рядом со «святым» родителем, часто рано становятся его помощниками, утешителями и публикой. По-английски это называют parentification — когда ребёнку приходится взять на себя роль взрослого. Во взрослом возрасте это может звучать как ощущение, что любить тебя будут, только пока ты полезен.

Норма или насилие?

Не каждый волонтёр — нарцисс, и не каждая мать, которая многим пожертвовала, использует это против детей. Как отличить:

1. Продолжается ли доброта, когда никто не видит? Дома, с близкими, без фотографий и благодарностей.
2. Превращается ли помощь в долг? Её вспоминают в ссорах, чтобы ты уступил или уступила?
3. Что происходит, когда ты говоришь «нет» или «мне это не нужно»? Сожаление и уважение — или обида, молчание, рассказы другим о твоей неблагодарности?
4. Может ли этот человек признать, что тебе было больно? Или каждая твоя боль превращается в историю о том, как тяжело ему быть таким хорошим?
5. Повторяется ли это? Один раз — фраза от усталости. Если так годами — это способ, которым этот человек с тобой обращается.

Как ведёт себя другой человек

Человек, который действительно добрый, обычно добр и тогда, когда никто не видит. Он тоже может устать, разозлиться, иногда хотеть благодарности, но принимает твоё «нет», не считает, что тебе дал, и может извиниться, не разваливаясь.

Человек с коммунальным нарциссизмом часто тёплый на людях и холодный дома. Помощь, о которой ты не просил или не просила, потом предъявляется. Твои границы превращаются в оскорбление, а жалоба — в нападение. Когда ты стоишь на своём, этот человек ищет поддержку у других: родня или люди из общины начинают упрекать тебя в неблагодарности. По-английски таких помощников называют flying monkeys — «летучие обезьяны», люди, через которых на тебя давят.

Со стороны этот человек выглядит восхитительно. Обычно таково и то, что он делает на людях. Поэтому не пытайся доказать окружающим, что «святой» не свят. Тебе достаточно знать, каково тебе рядом с ним.

Чем это не является

• Хороший человек, которому приятно, когда его благодарят. Это нормально.
• Волонтёр, который выкладывает фото с благотворительного мероприятия. Само по себе это ничего не значит.
• Человек, который помогает из страха, лишь бы не было конфликта. Это скорее реакция угождения (англ. fawn response): он помогает, чтобы чувствовать себя в безопасности, а не ради восхищения, и за твоё «нет» не наказывает.
• Верующий человек, для которого важна община. Вера сама по себе ничего плохого не означает.
• Родитель, который действительно многим пожертвовал и иногда об этом говорит. Важно, это рассказ или оружие.

Когда ярлык используют против тебя

«Ты просто хочешь, чтобы тебя хвалили. Это и есть коммунальный нарциссизм» — так может сказать и человек, которому не нравится, что ты помогаешь другим, а не только ему. Критерий остаётся тем же: повторяемость (происходит ли это снова и снова), направленность (кому служит доброта и кому от неё больно) и эффект (чувствуют ли себя близкие рядом с этим человеком в безопасности и замеченными — или в долгу и невидимыми).

Он или она — нарцисс?

Диагноз ставит только психиатр или клинический психолог. Но люди с таким поведением почти никогда не приходят к специалисту сами — «святой» по собственному мнению и так лучший человек в комнате. Поэтому «диагноза нет» не значит «нарциссизма нет». Ярлык не важен, важно то, что повторяется. Если ты годами живёшь с чувством долга, невидимости и вины рядом с человеком, которым все восхищаются, — этого достаточно. Такие отношения очень редко становятся лучше, обычно они становятся тяжелее. В нормальных отношениях не лежат ночами без сна, гадая, не ты ли тот самый неблагодарный. Если с тобой так, само это замешательство и есть сигнал — подробнее в уроке Замешательство — это симптом.

Вариации

Ситуации у всех разные, механизм один: доброта — это сцена и долг, а платит за неё близкий человек. Ситуации собраны из нескольких историй, имена выдуманы.

Мать и взрослый ребёнок (мать-мученица). Галина всем рассказывает, что «живёт ради сына». Когда сын Артём переезжает в Ригу, она каждый вечер звонит со вздохами и жалуется соседкам, что сын «забыл мать». Когда он приезжает, все выходные уходят на рассказы о её болезнях и жертвах. Как живёт сам Артём, она не спрашивает.

Жена и муж. Лига — председатель родительского комитета и душа благотворительной ярмарки. Дома всё остальное делает муж Дмитрий, и любая его просьба о помощи отбивается фразой «ты понятия не имеешь, сколько я делаю». Когда Дмитрий говорит родне, что ему тяжело, слышит: «У тебя такая жена, а ты ещё жалуешься?» Мужчинам, которые живут с такой женой, верят особенно редко. Это не делает их опыт менее настоящим.

Муж и жена. Тренер, которого обожает весь город, дома властный и холодный. Когда жена после многих лет говорит, что хочет развода, он рассказывает всем, что она «ушла, потому что не могла смириться с тем, что мне не всё равно на чужих детей».

Однополая пара. Том познакомился с Каспаром в тяжёлый период. Каспар его «спас»: помог с квартирой, работой, долгами. Друзья называют Каспара ангелом. Через год на каждое «нет» Тома звучит: «Где бы ты был без меня?» Роль спасателя в начале отношений — одна из версий коммунального нарциссизма: помощь, которая быстро превращается в поводок.

Брат или сестра и пожилой родитель. Сестра «одна ухаживает за мамой», это знает вся родня. Но когда ты хочешь навестить маму, у сестры находятся причины, почему нельзя. Когда ты предлагаешь помощь, она отказывается, а потом рассказывает, что «брат никогда ничего не делал». Забота становится монополией и историей, в которой плохой — ты.

Начальник. Директор повторяет, что «мы одна семья», устраивает благотворительные забеги и выкладывает их в соцсети. Когда сотрудница просит оплатить переработку, он искренне задет: «В семье часы не считают. Я дал тебе шанс, когда никто не давал».

Друг или подруга. Подруга всегда первая привезёт суп, когда ты болеешь, и всегда первая расскажет об этом всей компании — вместе с твоими проблемами. Если попросить так не делать, ты «не ценишь дружбу».

Взрослый ребёнок и пожилой родитель. Дочь взяла на себя финансы отца, «потому что он уже сам не справляется», и пишет в соцсетях, как тяжело ухаживать за пожилым родителем. Денег отцу она не даёт, друзей к нему не пускает, а любое его желание называет «неблагодарностью». «Забота» здесь — это контроль.

Родители мужа или жены. Свекровь уважают в общине, она всем печёт пироги и всем помогает. Тебе она каждый раз напоминает, сколько помогла с первым взносом за квартиру, — а значит, имеет право решать, как вам воспитывать детей.

Онлайн. Человек с большим числом подписчиков в теме благотворительности, животных или психического здоровья. Публично тёплый, в личке презрительный к тем, кто его не хвалит. Критику он превращает в «нападение на всех, кому мы помогаем» и натравливает подписчиков на критика.

Церковь или община. Лидер, в чьей доброте никто не смеет сомневаться, потому что сомневаться в нём значит сомневаться в «общем благе». Если группа начинает контролировать, с кем ты общаешься, как тратишь деньги и можно ли уйти, это уже близко к тому, что по-английски называют high-control group — группа, которая контролирует жизнь своих членов.

Громкая и тихая версия. Громкая: упрёки при всех, рассказы каждому, какой ты неблагодарный человек. Тихая: вздохи, «нет-нет, мне ничего не надо» — и ты всё равно всю неделю чувствуешь вину. Механизм тот же.

В начале отношений и потом. В начале это выглядит как человек мечты: заботливый, отзывчивый, его все любят. Позже ты замечаешь, что помощь приходит со счётом, но говорить об этом нельзя, ведь «он же такой хороший».

Как реагировать

1. Не соревнуйся в доброте. Не выиграешь — и выигрывать не нужно.
2. Принимай меньше помощи, особенно той, о которой не просишь. Любая принятая помощь может стать долгом.
3. Благодари коротко и не веди счёт. «Спасибо» достаточно. Не нужно доказывать, что благодарности хватает.
4. Не пытайся разоблачить этого человека публично. Остальные видят сцену, а злым будешь выглядеть ты. Найди одного-двух людей, которые тебе верят.
5. Держи границы спокойно и без длинных объяснений. Длинные объяснения дают материал для нового «после всего, что я…».
6. Если есть общие дети или работа, в общении помогает серый камень (англ. grey rock) — короткие, фактические ответы без эмоций. Подробнее на странице Серый камень.

Если ищешь психолога, помни: не каждый специалист в Латвии разбирается в нарциссическом насилии. Со «святыми» особенно сложно — специалист тоже может увидеть хорошего человека и посоветовать тебе «быть благодарнее» или прийти на совместные сессии. Проверь: верит ли он тебе без доказательств? Знает ли слова газлайтинг и травматическая привязанность? Не настаивает ли на совместных сессиях и «примирении»? Если после приёма вины стало ещё больше, ищи другого специалиста. Это не твоя вина. Телефон 116 123 (бесплатно, круглосуточно, в том числе на русском) может помочь найти людей, которые работают с насилием.

Когда не вступать в игру: если «святой» руководит группой, от которой зависит твоя жизнь (работа, жильё, община), или если после твоей границы начинаются угрозы, преследование или клевета, это уже не вопрос общения. Записывай, сохраняй сообщения и используй план безопасности. При опасности — 112.

Частые вопросы

Что такое коммунальный нарциссизм простыми словами?

Это нарциссизм, который хочет восхищения за доброту. Человек хочет, чтобы все считали его самым отзывчивым и «святым», а близкие, которые не публика, часто получают холод, упрёки и чувство долга.

Может ли хороший человек быть нарциссом?

Добрые дела могут быть настоящими, а человек, который их делает, всё равно может вести себя с близкими контролирующе и пренебрежительно. Смотри не на то, что он делает на людях, а на то, каково тебе рядом с ним, когда никто не видит.

Чем коммунальный нарциссизм отличается от скрытого?

Скрытый нарциссизм (англ. covert narcissism) — тихий, обидчивый, болезненно чувствительный к критике. Коммунальный может быть и громким, и тихим: его отличает не громкость, а то, что восхищения ждут именно за доброту. Эти формы часто пересекаются.

Коммунальный нарциссизм — это диагноз?

Нет. Это описание черт личности из исследований, которые измеряют опросниками. Диагноз — нарциссическое расстройство личности, и ставит его только специалист. Но, как написано выше, без диагноза в твоей ситуации ничего не меняется: то, что повторяется, и то, каково тебе, важнее названия.

Как жить рядом со «святой» мамой или папой?

Принимать меньше, объяснять меньше и самому решать, сколько контакта тебе по силам. Кому-то подходит редкий контакт (англ. low contact), кому-то — полное прекращение общения (англ. no contact). Доказывать родне свою правоту не обязательно.